«Белла». Юрий Рост. Из книги «Групповой портрет»

Белла

Проезжал я на коне по имени Ксерокс по Пушкинской площади, и останавливает меня милиционер по имени Гена: – Отчего это вы разъезжаете на лошади среди бела дня? – А на чем, по-вашему, приличествует ехать к Белле Ахмадулиной? – К этой женщине? Будьте любезны. И я поскакал... Точнее, потрусил. Еще точнее – пошагал. Через Тверскую, по бульварам. Александр Сергеевич смотрел на мою по-садку недоуменно, но (учитывая цель и направление движения) снисходительно. ...Она была прекрасна... Добра и доброжелательна, как всегда. Точна и иронична к себе. Тепла в своих суждениях о друзьях и печальна немного. Она читала стихи (написанные невероятно русским языком) о любви. Все о любви. К Пушкину, к Галактиону Табидзе, к простому (как принято говорить не ею) человеку, не всегда трезвому (но всегда достойному), к земле, на которой мы стоим.

В очереди за жизнью, как и за хлебом, она никого не расталкивала и не улыбалась продавцам. Наоборот. – Пожалуйста, будьте прежде меня. Я подумал: вот нравственный идеал поэта, уберегшегося от современных соблазнов. – У меня их не было, – отвечала она, приземляя мое восхищение. Но я был очарован и поэтому объективен. Нет, все-таки идеал, подчиненный единственному диктату – «диктату небесному». – Не ты ли говорила, что поэт – это человек, слышащий «звук указующий»? – Да. И лишь записывающий его. – Ты слышишь этот звук. – Это награда за уединение и покой.

Юрий Рост