Николай Рахманов. Интервью МОК

Николай Николаевич – как Вы снимали вашу знаменитую панораму?

В 1978 году я сделал уникальную панораму. Тогда колокольня Ивана Великого была вся в лесах и Москва готовилась к олимпийским играм, и вот мне удалось забраться выше креста колокольни, поставить штатив, и я целый день снимал круговую панораму Москвы. С моей точки зрения это мой - один из подвигов Геракла. Представьте себе площадочку примерно чуть больше этого стола – 2 метра на 2 метра, легкие маленькие ограждения снизу, ветер порывистый, когда я туда поднялся, то минут 20 я боялся встать на ноги, передо мной - бездна! Но тем не менее я заставил себя стоять, привязал камеру, специально, чтобы не унесло ветром и уже потом начал снимать. Снимал целый день. Уникальность этой панорамы заключается в том, что никто после 1868 года не снимал панораму Москвы. А в 1868 году она была снята с гульбища Храма Христа Спасителя.

Был такой фотограф Найденов, издательство Шерер и Набгольц выпустило эту панораму на отдельных листах, она была собрана из 17 или 18 листов и никто фактически 100 лет круговую панораму Москвы не делал, а мне – повезло, я сделал.

Я снимал вслед за солнцем, чтобы не было контрового освещения и получилась панорама, которая освещена ровно. Первая половина дня снималась одна часть, а вторая половина дня снималось тогда, когда уже солнце заходило. Не было у нас тогда компьютеров, и каким-то удивительным образом это удалось сделать в Австрии в маленькой коммунистической типографии, они соединили мои 16 листов, причем соединили так, что даже я не мог найти места склейки. Это был календарь в виде гармошки длиной в 5,5 метров, который вышел ровно в 80-ый олимпийский год.

Надо сказать, что я очень люблю высокие точки. Мои друзья меня прозвали фотографом-домушником, т.е. я обязательно поднимаюсь на какую-нибудь крышу с тем, чтобы с высокой точки снять Москву.

из интервью ИМА МОК