Алексей Алексеев. Интервью

– Алексей, это невероятно! Как давно ты занимаешься исследованием исторических фотопроцессов?

– Примерно 7 лет. Я буквально по крупицам: по книгам, зарисовкам, разрозненной информации из интернета, восстанавливал общую картину этого удивительного действа, последовательность работ и перечень необходимых материалов.

– Расскажи мне, пожалуйста, почему ты выбрал такой непростой вид деятельности?

– Понимаешь, меня захватывает уникальный результат и сам процесс! Такая фоторабота требует большей подготовки, нежели другие виды съемки. Это и использование стекла; длительные выдержки; старинная оптика и ее возможности добавляют отдельного колорита в мою работу… Это просто какое-то театральное действо, в котором фотограф и портретируемый являются и актером и зрителем одновременно. Фотограф ловит момент, а у меня на съемку кадра уходит около 6 секунд – это довольно большое время.

Моя задача вложить в модель то состояние, которое я хочу увидеть на снимке.

– Алексей, многие фотографы могут повторить эффект старинной фотографии средствами фотошопа, при этом снимая на цифру.

– Я ни в коем случае не считаю, что цифра – это плохо. Просто совершенно разные инструменты. Приведу пример: можно очень хорошо сыграть Баха на синтезаторе, а можно пойти в костел, которому сотни лет, и послушать Баха на органе. Получить, думаю, более захватывающие впечатления. Оцифрованная копия амбротипа будет лишь копией, а для того, чтобы получить от нее истинное удовольствие, необходимо видеть ее оригинал. На итоговом амбротипе, белые тона сверху, черные снизу, и между ними 3 мм стекла – это добавляет отдельный трехмерный эффект. Такие работы требуют специальной подсветки, чтобы показать их в наилучшем качестве, виде.

Рукотворная фотография требует особого, более трепетного к ней отношения.

Из интервью с Верой Коханиной (Мокро-коллодионная фотография // FotoCфера. – дек/12-янв/13)