ПОРТРЕТ. ДОСТОВЕРНОСТЬ МОМЕНТА

«Портрет – вот уж для чего фотография нам будто специально и предназначена! Главное – полная достоверность…» - таково распространенное мнение. «Что касается снимков портрета на дагеротипе, то нам это кажется бесполезным», - писал когда-то один из многочисленных критиков фотографии. Откуда такое недоверие? Как вы знаете, еще задолго до изобретения фотографии портретом успешно занимались живописцы. И задача художника всегда заключалась (и заключается) не просто в передаче внешнего сходства, но, главным образом, внутреннего мира человека. В самом деле, ведь не формой носа, глаз, губ интересны нам люди, а своими духовными качествами. Художник в процессе работы старается понять, какие внешние особенности – улыбка, взгляд, жест ярче всего определяют сущность его модели, и, в конце концов, создает образ, заключающий в себе суждение художника об этом человеке.

И вот – фотопортрет. Он возникает в одно мгновение – можно ли ручаться, что именно этот момент и схватывает всю сущность человека, его сложный внутренний мир? Более того, всегда ли достигается даже просто внешнее сходство?

Фотография сильна своей достоверностью, способностью точно воспроизводить действительность. Но вот – добрый, веселый человек получился с кривой улыбкой. Было это? Было! Достоверно ли? Да нет, конечно. Ведь улыбка была хорошая, открытая, а момент съемки пришелся на какую-то случайную фазу.

Так как же сделать фотопортрет, удовлетворяющий основным требованиям искусства?

Надеяться, что момент нажатия на спусковую кнопку случайно окажется тем самым, решающим для характеристики человека, просто нелепо. Ведь моментов-то этих даже в секунду – сколько? А секунд? Значит, момент надо выбрать. А выбирать его можно только одним способом – наблюдая, анализируя, вырабатывая в себе определенное суждение о человеке – так же, как это делает художник. Напряженное внимание к портретируемому – с этого-то, пожалуй, и начинается работа над портретом. И продолжается после съемки - ведь если у автора сложилось суждение, то из множества сделанных кадров он может выбрать тот, что наиболее полно ему отвечает. Или продолжить съемку, если таковых не окажется.

Мимика преподносит порой весьма неприятные сюрпризы, но в ней ярче всего раскрывается характер, настроение. Ну, а если исключить мимику – снять человека в спокойном состоянии – что, все проблемы снимаются?

… Каждый из вас видел такие фотографии, вспомните: черные тени под глазами, под носом или, наоборот, а случае съемки со вспышкой, вообще отсутствие всяких теней, так что лицо кажется плоским, как маска. Характер освещения способен исказить внешность, пожалуй, даже еще больше, чем случайная мимика. И опять-таки о достоверности – ведь в жизни так и было, так человек и выглядел в тот момент. Только вот – говорит ли такой портрет что-либо он нем? Разве что – как исказил его черты случайный свет?

Случайная мимика, случайный свет… Хорошо художнику! Ему не обязательно точно воспроизводить световой рисунок. Он видит человека в движении, замечает изменения его лица в зависимости от направления света, и переносит на холст то, что, по его мнению, наиболее характерно, отбрасывая всякие случайности. Говоря иными словами, он смотрит на реально существующего человека, а пишет свое представление о нем.

Фотограф этого не может. Он снимает то, что видит. Другое дело, что и у него есть возможность передать свое представление о человеке. Только вначале он должен создать такие условия, чтобы оно воплотилось в действительности. Этой цели служит студийная съемка, когда специально подбирается нужное освещение, фон, поза модели, когда есть возможность понаблюдать за изменением лица в зависимости от светового рисунка.

Как вы заметили, мы здесь все время как бы спорили с тем давним критиком, доказывая, что и фотографии подвластен портрет в традиционном его понимании . Примеров тому множество. Один из них – снимок Андрея Россола «Дядя Костя» (фото 3). Но фотография не имела бы права называться самостоятельным видом искусства, если бы она всего лишь повторяла достигнутое другими его видами. Мощнейшее качество, присущее только ей, – достоверность момента. Но момента правдивого. И способность схватить такой момент зависит от нашей способности осмысления бесконечной их череды.

Здесь вы видите еще два портрета, авторы которых Вадим Мякшин (фото 1) и Гинтс Берзиньш (фото 2). Если в первом и заметны определенные живописно-изобразительные приемы, то другой совсем непритязателен в этом отношении. Но оба они – очень фотографичны. В том самом смысле, который и позволяет говорить о фотоискусстве. Взгляд девочки, полный напряженной внутренней жизни, поза и выражение лица юноши, портрет которого можно назвать типичным в своем роде. Это ведь действительно были всего лишь моменты. Но моменты, в которых проявилась сущность этих людей.

Сделать портретное фотоизображение несложно. Для этого достаточно более - менее владеть техникой фотографии. Сделать портрет, говорящий о человеке нечто большее того, как он внешне выглядит, - задача серьезная. И она требует и владения техникой, и художественного вкуса, и особенно – работы ума и души.

Того, что мы называем замыслом в фотографии.

Галина Лукьянова