Александр Русов. О себе

«Началось все, как у многих, в детстве — середина 70-х: мы гостили в Риге у родственников, и отец купил в каком-то местном магазине ФЭД-3, что-то невообразимо прекрасное, блестящее стеклами, пахнущее кожей футляра, жужжащее и тихо клацающее. Потом, уже дома, были куплены увеличитель и все сопутствующие вещи. Учился методом проб и ошибок, пробовал ходить в фотокружок Дома пионеров, но там мне почему-то было скучно. Несколько советов знакомого журналиста, фотографирование школьных и семейных друзей — вот вся теория и практика в то время. Пленок сохранилось мало, сейчас жалею.

Снимать более-менее осознанно стал во время службы в Москве и Львове. Потом случился Архитектурный институт, который выстроил в голове отношение к форме и композиции. Собирал по букинистам и изучал чешское «Фоторевю» за все годы издания с 58-го по 90-й.

Поездка в Нью-Йорк в 92-м тоже дала очень много в визуальном плане. С фотографами не тусовался, у Александра Иосифовича Лапина не учился.

В 95-м швейцарский друг предложил сделать персональную выставку в Цюрихе, после которой я, поколебавшись некоторое время, ушел из проектного института. В те годы мне нравились фильмы и фотографии Вима Вендерса и восхищали отточенностью и совершенством изображения отпечатки Александра Викторова. Ну и еще Роберт Франк, каталог его цюрихской выставки «Moving Out» 95-го года — одна из любимых моих книг до сих пор.

Снимал на заказ, в основном, для архитектурных бюро и всевозможных журналов, много для коммерсантовского «Домового» и московского «АрхиДома» и иногда для петербургской «Частной архитектуры», печатался в щвейцарских «Tages Anzeiger» и DU. Заказы были разные: архитектура, интерьеры, портреты, предметка, репортаж, поэтому и технику использовал самую разную — от крупноформатной до узкопленочной. Сейчас на заказ снимаю цифро-«Кэноном», а для себя «Лейкой» и всем остальным, что осталось с доцифровых времен. Черно-белую печать до сих пор делаю сам».

Александр Русов