«Раневская и конец света». Юрий Рост. Из книги «Групповой портрет»

Раневская и конец света. Раневская попросила женщину, которая помогала ей по хозяйству: – Дуся, ко мне после спектакля зайдут гости, сходите к Елисееву, купите сыра, масла, ветчины, рыбы, икры, колбасы языковой. Дуся задумчиво проверяет себя – вслух: – Значит, я иду в гастроном, так? Рыбу куплю, икру, масло, так? Сыр, значит, ветчина, языковая колбаса... – Она идет к двери и, выходя, останавливается: – Да! Фаина Георгиевна, чтобы не забыть – у четверг конец света. (Из рассказов Раневской автору) Где же это мы?.. Иначе думать опять опасно – народ и власть не понимают. Доносы в моде. Люди на кухни перемещаются для бесед. Казаки провинившихся порют. Ребята в форме русских войск маршируют перед портретом Николая II. В окраинах и столицах иноверцев бьют. Беженцы по всей России. Партий развелось – страшно в «Краткий курс» глянуть.

Экс-проприировать экспроприаторов! Грабь награбленное! Вся власть Советам! – кричат. Землю – крестьянам, заводы – рабочим. Революционный дух повсюду царит: не хотим бывшего секретаря обкома на царство – хотим бывшего генерала. И побеждает народ. Слово «товарищ» произносят с оглядкой. «Господа» – язык не поворачивается. Депутаты, ей-Богу, словно дворовые люди, дождались, пока хозяева уехали на воды, схватили их роли и стали, паясничая, разыгрывать их. И при этом снисходительно подтрунивают над демократией – этим чуждым нам барским чудачеством, словно беря реванш за долгие годы безгласия и унижения от подобных себе. Ох, не сегодня завтра рядом с какой-нибудь из самодеятельных трибун появится наследник основоположника отечественной навигации («он шел на Одессу, он вышел к Херсону») матроса Железняка и крикнет: «Карау-ул! Устал!» – и разгонит всех по домам, по норам, по землянкам осуществлять то, что приучили нас называть жизнью при полном, а может быть, и при боевом порядке. Правительство хочет привычного: чтобы народ ему не верил, то есть чтобы не лишался веры в справедливость. Наши цели ясны, задачи определены – за работу, товарищи. Вперед, к светлому будущему планово-рыночной экономики. А мы разве не так жили: план и рынок, базар, толкучка? Что государство не давало по потребностям, то приворовывали по способностям до необходимого уровня удовлетворения. И сам Генеральный секретарь так жил, и все удельные секретари при нем. И теперь они под другими названиями так живут при нас, и мы голосуем за них и выбираем из того, что нам предлагает прошлое или настоящее. Старые бандиты на экране как новые герои красуются. Анекдоты пропали. Гимн Александрова со словами Михалкова играют. Все встают единодушно. (Опять?) ...И вдруг счастливая мысль посетила меня: «А не ТАМ ли мы уже, Госпо-ди?» Конец света наступил! Только мы его не заметили.

Юрий Рост